Названы два ключевых направления автономного управления дронами в России
В России ведется активная работа над созданием и внедрением систем автономного управления беспилотными летательными аппаратами (БПЛА), основанных на технологиях искусственного интеллекта (ИИ). Такие разработки уже проходят испытания и в ряде случаев применяются на практике, что подтверждает стремительное развитие этой сферы. По словам основателя учебного центра беспилотной авиации, академика Российской инженерной академии Максима Кондратьева, подобные решения сейчас в основном ориентированы на выполнение задач оборонного характера.
В беседе с «Лентой.ру» эксперт подчеркнул, что в России действительно активно создаются, тестируются и используются системы автономного управления с элементами ИИ. При этом он уточнил, что на сегодняшний день эти технологии задействуются преимущественно в военной области и пока не получили широкого распространения в гражданском секторе.
Развитие подобных систем связано с ростом интереса к беспилотным технологиям в целом: ИИ позволяет дронам точнее ориентироваться в пространстве, быстрее обрабатывать данные и принимать решения без постоянного участия оператора. В перспективе такие решения могут найти применение и в мирной сфере — например, в мониторинге территорий, поисково-спасательных операциях, сельском хозяйстве и логистике. Однако пока основной акцент в России, как отметил Кондратьев, сохраняется именно на военных задачах.
Как отметил эксперт, автономное управление беспилотными системами сегодня развивается сразу по двум ключевым направлениям. При этом каждое из них решает свою задачу и дополняет другое, формируя более устойчивую и гибкую схему работы аппарата в условиях, когда связь с оператором может быть ограничена или полностью отсутствовать. Первое направление связано с навигацией, в том числе с использованием элементов искусственного интеллекта. Речь, в частности, идет об оптической навигации: камера, размещенная в нижней части беспилотника, анализирует поверхность под ним, сопоставляет особенности рельефа и по этим данным определяет координаты без опоры на глобальные спутниковые системы. Такой подход особенно важен там, где сигнал GPS может быть подавлен, искажён или недоступен.
Второе направление автономности заключается в автоматическом поиске, распознавании целей и последующем наведении на них. Эта система позволяет беспилотнику быстрее реагировать на изменения обстановки, самостоятельно выделять потенциально значимые объекты и принимать решения в режиме, близком к реальному времени. Чем совершеннее алгоритмы обработки данных, тем точнее аппарат может действовать в сложной среде, где требуется не только обнаружение цели, но и ее уверенная идентификация. В результате такие технологии делают беспилотные платформы более независимыми и эффективными в боевых и разведывательных задачах.
Если же говорить о дистанционном управлении из другого региона России, то здесь, по словам Кондратьева, решающим фактором становится наличие устойчивых каналов связи. Без надежной передачи данных полноценный контроль над беспилотником на большом расстоянии невозможен, даже если сам аппарат оснащен современными системами навигации и распознавания. В качестве российского аналога Starlink эксперт привел систему «Рассвет», которую разрабатывает бюро «1440». Однако пока на орбите находится лишь около десяти спутников, и этого количества недостаточно для создания полноценной и стабильной сети связи на всей территории страны.
По оценке аналитика, на формирование полноценной спутниковой группировки потребуется еще несколько лет. Только после развертывания достаточного числа аппаратов можно будет говорить о по-настоящему надежной системе связи, пригодной для широкого использования в интересах удаленного управления и обмена данными. Таким образом, развитие автономных и дистанционно управляемых беспилотных технологий напрямую зависит не только от совершенствования самих аппаратов, но и от масштабного развития спутниковой инфраструктуры.
Современные беспилотные системы все чаще работают не поодиночке, а в составе сложных сетевых связок, что заметно расширяет их возможности. В частности, уже активно используются меш-сети на цепочках беспилотников серии «Герань»: когда в небе одновременно находятся несколько десятков аппаратов, они выстраивают единую сквозную инфраструктуру связи. Такая схема позволяет сохранять управление на больших расстояниях, в том числе далеко за линией горизонта, и делает взаимодействие техники более устойчивым и гибким.
По словам Кондратьева, именно на развитие таких решений сегодня делается основной государственный акцент. Речь идет не только о создании новых образцов, но и о полном цикле — от разработки и производства до дальнейшего масштабирования военных технологий. Это свидетельствует о том, что беспилотная сфера рассматривается как одно из ключевых направлений технологического развития.
Кроме того, ранее сообщалось, что искусственный интеллект, применяемый в российских беспилотных летательных аппаратах «Молния-2», помогает им эффективнее работать в условиях радиоэлектронного противодействия. Специальное программное обеспечение включает элементы ИИ, которые позволяют аппарату преодолевать радиопомехи, сохранять устойчивость управления и использовать машинное зрение для сопровождения и преследования цели. В Минобороны России подчеркнули, что такие технологии повышают автономность беспилотников и делают их более адаптивными к сложной обстановке.
